The Prodigy
(l-_-l)

Музыкальной силой и поддержкой группы является Лайам Хоулетт, из Брейнтри, графство Эссекс. Его увлечение музыкой началось ещё в начальной школе, когда он стал фанатом группы «Ska and Two Tone», после того, как его отец дал ему запись «Самые лучшие хиты «Ska». Перейдя в среднюю школу, он тут же обратился к новой культуре хип-хоп, увлёкся такими командами как «Grandmaster Flash & the Furious Fire», и постоянно смотрел фильмы о брейкерах «Beat Street». Естественно, что Хоулетту хотелось создать и исполнять собственную музыку и, пару лет спустя, работая по выходным на строительном участке, он достаточно заработал, чтобы купить два дешёвых проигрывателя. Вскоре после этого он познакомился с местной хип-хоп группой «Cut To Kill», которая тут же взяла его к себе в качестве второго ди-джея. В течение последующих двух лет Лайам и «Cut To Kill» с трудом удавалось работать вместе, потому что все их песни заключались лишь в идиотских хихиканьях. В возрасте 18 лет Лайам сдал экзамены для получения диплома дизайнера и получил работу в теперь уже не существующем лондонском журнале «Метрополитен», где он подружился с его владельцем. Послушав записи «Cut To Kill», хозяин предложил Лайаму достаточное количество денег, чтобы тот записал дебютный альбом этой группы. К сожалению, ни у группы, ни у их благотворителя не было вообще никакого опыта в подобных делах, и весь бюджет был потрачен в студии, а на раскрутку и гастроли ничего не осталось. Чтобы погасить долги, оставшаяся часть «Cut To Kill» тогда подписала контракт с «Tam Tam Records» за спиной у Лайама. Они обошли его, несмотря на то, что группа использовала одну из его композиций как раз для того, чтобы получить этот контракт. Это предательство совпало со спадом интереса Лайама к хип-хопу, и он начал искать себя на новых музыкальных поприщах. Это было лето 1988. В то время, как Лайам тонул в хип-хопе, его родная страна переключилась на совершенно новое направление - Acid House, экстаз которого поглотил большую часть Эссекса. Ранние мелодии - такие, как «Acid Trax» (группа «Phuture» , 1987) и работы Деррика Мэя и Жуана Эткина - были минималистскими музыкальными гибридами, с изменяющимися частотами, неустанными ритмами, нетрадиционной структурой и сверхъестественным, нетривиальным звуком. В то время, как чистая домашняя музыка смягчала свои ритмические идеи, включая большее количество мелодий и гармоний, Acid House устремлялся к новым крайностям, используя технологию для создания таких звуков, которые никогда не могли бы смоделировать люди. Возникнув в Чикаго и Детройте, эта музыка скоро пересекла Атлантику и пустила корни в массовых нелегальных объединениях, что стало основой для нового направления, известного как рейв. Это была эра шикарных баров, марафонных танцев и возрождения идеалов хиппи - наступило Второе Лето Любви. Впервые с культурой рэйва Лайам столкнулся на вечеринке в Барне. Он тут же обратился в новую веру: «Я подумал, что это здорово, это было так непохоже на то, что я испытал раньше. Хип-хоп был эдакий эксклюзивист, претенциозен, и в некоторой степени всегда исключал белые группы. Я испытал что-то невероятное, для меня совершенно новое…» Через пару месяцев Лайам начал работать ди-джеем на подобных вечеринках и стал довольно известным лицом в Эссексе. Однако он был всё ещё слишком застенчив, чтобы играть что-нибудь из того, что он в тайне писал. Тут-то, как раз вовремя Лайам и повстречал Лироя Торнхилла и Кейта Флинта. Лирой, весь насквозь, был фанатом Джеймса Брауна, который только что вышел на сцену рэйва после того, как монотонный Acid House перерос в нечто более сложное и заумное. Со своим ростом и быстрыми, как молнии ногами, Лирой был как раз тем человеком, который должен был танцевать в Барне. Кейт Флинт оставил школу до сдачи экзаменов и работал в самых различных местах, прежде чем стать «случайным», а затем и настоящим приверженцем культуры байкеров, курящих марихуану и заслушивающихся такими легендами 70-ых, как Led Zeppelin и Pink Floyd. Когда летом 1988 появился рэйв, Кейт путешествовал по Ближнему Востоку и Африке, но к весне 1988 вернулся в Англию. По возвращении его ту же выгнали из дома, и ночами он вынужден был спать под пирамидами в Каире, то на берегу реки в Брейнтри. Его подружка Энджи предложила ему пожить в её доме. Она была настоящим рэйвером, и так как она ходила на вечеринки Acid House, Кейт всюду следовал за ней. Встретив друг друга в Барне, Кейт и Лирой стали большими друзьями и быстро приобрели популярность в своём кругу. Как-то, тоже на рэйв-вечеринке, Кейт встретил Лайама. Кейту так понравились мелодии, которые наигрывал Лайам, что он попросил записать кассету его собственных миксов. Лайам сделал это, а также на стороне «В» записал четыре собственные песни. Кейт и Лирой проигрывали кассету ночь напролёт и были потрясены работой Лайама. В следующий раз, когда они увидели Лайама, они попросили, чтобы он сыграл для них его собственную музыку, чтобы потанцевать под неё. Он согласился, и, пригласив ещё общую подругу Шарки, они основали группу «Prodigy». Лайам играл на клавишных, в то время, как Кейт, Лерой и Шарки танцевали. Вскоре после этого они заказали свою первую аранжировку в студии «Лабиринт» в Далстоне, и Лайаму показалось, что для хорошей работы им необходим рэппер. Так они вышли на Максима Риэлити, рэппера и реггера из Питерборо, который вот уже три года болтался в Нотингеме. Максим увлёкся рэпом, когда ему было уже 14 лет, наблюдая, как его брат рэпповал на разных радиостанциях в Питерборо. Попав в Нотингем, Максим плодотворно сотрудничал со своим другом по имени Иан Шервуд. К сожалению стиль их неортодоксальной танцевальной музыки был тогда далеко не в моде, и через три бесплодных года их дуэт распался. Максиму понравилось работать с Шервудом, и он уехал в путешествие на три месяца, чтобы остыть и обдумать своё будущее. В поездке он понял, что музыка - это его страсть, и вернувшись в Англию, он отправился в Лондон. Вскоре после этого какой-то приятель дал ему адрес Prodigy. Они обменялись кассетами, но их первая встреча в Далстоне прошла совершенно незамеченной, так что можно сказать, что впервые Максим действительно познакомился с группой во время их первого шоу. Несколькими днями позже его попросили присоединиться к группе. В таком составе «Prodigy» начали то же самое, что и многие до них- они выступали вечеринках и рэйвах. Такие группы, как «N-JOI» и «Shades of Rhythm» ещё задолго до появления «Prodigy» создали хорошую базу для фанатов этого вида отдыха, но группа Хоулетта была уже явным перебором, создавалось впечатление, что «Prodigy» - всего лишь малеенький лягушонок среди монстров этого течения, и расти будет ещё очень долго. Их ранние шоу частенько посещались очень плохо, так, на их пятом выступлении в колледже Хатфиелд, было только девять человек, причём пять из них были представителями учительского состава. И наоборот, на их двенадцатый вечер в Рейнданс, излюбленной рэйвовской такцплощадке, пришли 12 тысяч человек. Действительно, хорошей чертой Acid House было то, что группам предоставлялась возможность играть тысячам людям, о чём на заре рока можно было только мечтать. Что же ещё подчёркивало исключительность «Prodigy», так это то, что они пели только в живую, не то, что DAT и их современники. На Рождество 1990 года Лайам объявил команде, что он несколько недель назад тайно подписал контракт с «XL», хотя он и продолжал работать в «Метрополитен». Только он ещё не был уверен, как другие члены группы смогут исполнять свои роли, так что он не сообщал эту новость. Но теперь, судя по их недавним выступлениям, он считает, что «Prodigy» - действительно то, что нужно, чтобы нести его музыку широкой аудитории. Однако Шарки идея о дальнейшей работе в группе показалась неудачной, и она уехала. Оставшись вчетвером, «Prodigy» постоянно продолжали выступать, чтобы оправдать сингл «What Evil Lurks», вышедший в феврале. Они были вознаграждены продажами 7000 копий. Это было внушительное начало. Решив уплотнить свои шоу, группа как-то в полдень собралась в доме Лайама, чтобы порепетировать. Однако, вдали от концертной атмосферы, с сотнями или даже тысячами фанатов, танцующих под музыку, ребята сочли такую обстановку невозможной. Через 20 минут споров и пересадок Лироя и Кейта, они послали всё к чёрту. С тех пор «Prodigy» никогда не репетировали. В то время у Лайама была привычка допоздна торчать на вечеринках, потом возвращаться домой и писать музыку, всё ещё будучи под рэйв-дурманом. Так появился следующий сингл «Prodigy» - «Charly». Посмотрев детский информационный фильм 70-тых годов, где показывали странного кота в черепаховом панцире и как его воспринимали дети, Лайам выдал такую фразу: «Charly говорит: всегда сообщите своей Мамочке прежде, чем Вы идёте куда-нибудь» прямо во время жесткого брейк-бита. Группа играла в стиле регги различные композиции с их первого альбома, который они записали ещё в Лабиринте, но это была самая жёсткая вещь Лайама (Alley Cat Mix), которая тут же захватила умы публики. Она вышла в августе 1991, отклик был огромен, продажи резко возрасли и в результате «Charly» поднялся на третье место во всех национальных хит-парадах. Снятый на эту песню клип показывали в программах «Верх популярности» и «Шоу хитов», и на следующий рэйв-вечеринке группа играла уже для 30 тысяч. Вскоре Лайам полностью ушёл с работы в группу. Огромный успех «Charly» ускорил рост популярности «Prodigy». У них уже было достаточно известное имя для того, чтобы сойти со сцены рэйва, от них требовали живых шоу. Их третий сингл «Everybody In The Place» появился в декабре 1991 года. В то время признание музыки Лайама подтвердилось тем, что его попросили сделать ремикс для «Art of Noise», «Dream Frequency», «Take That». Всё, казалось, шло замечательно - то есть, до тех пор, пока топорность такой работы не отбросила их назад на некоторое время. Какой-то музыкальный журнал объявил, что «Charly» открыл шлюзы так называемому детскому рэйву (kiddie rave). Несмотря на подобные раздражающие заявления, «Prodigy» продолжали прогрессировать. Альтернативный рок всё более пристально присматривался к их музыке, и концерты группы в Shffield Sound City, а так же фестиваль XL’s Vision лишь поддержали репутацию группы как одного из самых живых явлений страны. Вопрос был только в том, смогут ли они повторить свой успех на уровне альбомов? После их четвёртого сингла «Fire», их слава осталась такой же непоколебимой, и лишь всё возрастала. После выхода их первого альбома «The Prodigy Experience», он стал действительно самой красивой вещью, когда-либо появлявшейся из недр рейва. Проехав с концертным турне по 23 городам разных стран для поддержки записи, группа постоянно продолжала выступать, и уникальная музыка и тяжёлая работа вместе вознаградили их альбомом, который в течение шести месяцев оставался на вершине хит-парада 40 песен. Этот период должен был придать им ещё больше популярности , но к тому времени они совершили поездку с новой программой по Европе, Америке, Австралии и Японии, глубоко завязли в долгах и были уже на грани раскола. Если вычеркнуть из списка концерты в Австралии, то им оставалось всего лишь два дня выходных за последние полтора месяца. В довершение всего, многие шоу в Америке раскручивались не очень-то хорошо, и большинство американских продюсеров не сумело получить назад свои деньги. Жуткие условия поездок и неподходящие афиши превратили всё это в кошмар. Кейт вспоминает: «Мы должны были обратить внимание на то, как реагировал Лирой, а если он несчастен, то это уже серьёзная проблема. Мы сказали, что больше никогда не хотим выступать на гастролях, мы так измождены, 70 концертов перед Рождеством и Новым Годом, а домой возвращаемся по уши в долгах и совершенно без сил.» Заключительные синглы из этого дебютного альбома были следующие: «Out Of Space» и «Wind It Up», которые, несмотря на явный спад в группе, всё же продолжали славную традицию «Prodigy» и оставались в хит-парадах. Однако к тому времени, как они начали постепенно поправляться от их американского кошмара, Лайам стал опасаться, как бы не погибла вместе с умирающим рэйвом. Надо было менять положение дел. Проблема состояла в том, что, наряду с огромным коммерческим успехом группы, многие критики андеграунда считали, что «Prodigy» уже исчерпали себя, то есть полностью «распродали», и они чувствовали возрастающие трудности с распространением своих записей в кругу ди-джеев. Так, летом 1993, они выпустили новый сингл с белой маркой «Earthbound» (название домашней студии Лайама). Тождественность и в то же время сумасбродность композиций этого альбома были чем-то абсолютно новым, невиданным ещё направлением, Лайам назвал его: «On Love was quite a big jump». Выпуску нового альбома предшествовали прекраснейшие композиции группы, тяжёлый техно в «No Good (Start The Dance)», сопровождаемый великолепным клипом, который тут же попал в верхние строчки хит-парад MTV. Несмотря на длительный успех синглов, никто и предположить не мог, какой отклик получит следующий альбом группы «Music For The Jilted Generation». Он тут же стал номер 1, даже получил премию «Меркюри» и по всему миру разошлось более, чем миллион его копий. Это были самые продвинутые современные танцевальные записи , и потусторонние творения с многословной структурой и раздражающей палитрой, что немедленно повлекло за собой возникновение банд, команд, тусовок и прочих молодёжных сборищ, что ищут отдыха в изнуряющих , требующих огромной отдачи энергии и эмоций танцах. Это было гораздо более динамично, глубже и в тоже время жестче, чем прямые мелодии первого альбома. Здесь было много элементов тяжёлого брейк-бита, джаз-панка, безумной гитары, возврат к хип-хопу и явно жёсткие танцевальные композиции. На протяжении всей записи сэмплированные диалоги и искажённые голоса помогали расширить круг идей и настроений. Это было выражение такого гедонизма, которого до этого никто никогда не наблюдал в музыкальной культуре. Ответ критиков был таким же безумным, как и реакция фанатов. Лайама называли «сегодняшним Бетховеном», и это было далеко не самым лучшим отзывом. Подобными высказываниями успех альбома только ещё больше подогрели, тем более, что у «Prodigy» были в среднем по одному концерту в три дня в 1994 году, причём по всему миру. Они даже играли для огромной толпы в Исландии и получили премию «Лучшее танцевальное шоу » от MTV. Они даже начали выступать на главных фестивалях, включая фестиваль Фиквайл в Ирландии, и с тех пор стали одной из самых фестивальных групп в стране. Всё четыре сингла из альбома попали в «Горячую пятнашку» («Voodoo People» хит №11, «Poison» хит №8), это был период всемирного успеха группы, а так как в композиции «Poison» впервые был использован вокал Максима, то музыкальные возможности команды возрасли ещё больше. Их концерт в Гластонбери в 1995 году был провозглашён «ВЕЛИЧАЙШИМ ШОУ НА ЗЕМЛЕ!!!». Вкус нового материала с их третьего альбома почувствовался уже в марте 1996 г., когда появился „Firestarter“, чистое техно, где всё внимание направлено на Кейта Флинта с его глумящимся безумным вокалом. Несмотря на всю его неординарность, „Firestarter“ проигрывался на радио сотни раз в сутки и очень быстро поднялся на самые верхние ступеньки хит-парадов синглов. Когда же в программе „Вершина популярности“ показали клип к этой композиции, станция BBS получила целые мешки жалоб от разгневанных родителей, пишущих, что Кейт был слишком ужасен для вечернего просмотра, хотя в клипе не было ни наркотиков, ни оружия, ни насилия или чего-то подобного. Несмотря на это, или, что более вероятно, как раз благодаря этому, запись была продана более, чем в 750 тысячах копий меньше, чем за шесть недель, и стала номером 1 в семи европейских странах. Подписывая важнейший контракт с „Geffenim America“, „Prodigy“ заявили, что старое панковское правило „никаких компромиссов“ отражается на их отношениях к бизнесу и к их, часто так неординарной музыки. Несмотря на свои достижения, группа по-прежнему сторонится рекламы и любых атрибутов славы. Они также следят за производством и сбытом товаров с их собственной эмблемой и обладают абсолютным авторским правом на всё свои записи, концерты, клипы и так далее. 12 августа 1991 г. Prodigy выпускают свой второй сингл -»Charly». Уже за несколько месяцев до официального релиза к синглу проявляли неподдельный интерес многие СМИ. И их ожидания были оправданны, когда «Charly» взлетел на первую строчку Танцевального Чарта Великобритании и стал номером три в чарте «Top 40» . (Многие помнят известную статью в «Melody Maker» «Убил ли Charly рейв ?»). Но среди общего негодования легко было упустить тот факт, что Charly был одним из самых успешных релизов того времени. No Good (Start The Dance), выпущеный 16 мая 1994, оказался самым успешным релизом за всю историю группы. Сингл провел незабываемых 7 недель в чарте «Top 10». В 1995 г. «Poison» стал девятым синглом группы, попавший в чарты. Видео «Prodigy — electronic punks» позволило группе попасть еще и в видео чарты. Их выступление на фестивале Glastonbury было признано лучшим, подтверждая метаморфозу перерождения Prodigy из рейв команды в одну из самых захватывающих и интригующих групп современности. Выдержки из интервью 94-95 годов. -Кто больше всего вас удивил тем, что любит Prodigy? Максим: Боно. Когда мы выступали на награждении MTV в Берлине, он и Edge зашли к нам в гримёрку и заявили, что слушали альбом, когда путешествовали по югу Франции. Лайам: Мой отец. Группа существует уже 5 лет, но мой папаша впервые увидел нас, когда мы выступали на Ilfold Island, где-то месяцев 5 назад. Я думал, он скажет нечто вроде «Неплохо сработано, сынок». Но он вёл себя как настоящий рэйвер. Он сказал: «Да! Какой бас! Какая энергия!». -Назовите, пожалуйста, вашу самую сумасбродную покупку. Максим: Наверное, это браслет. Он из серебра и стоит 900 долларов. Или эти часы- 2250 долларов. Я не такой как Кейт и Лайам. Они постоянно покупают дорогие вещи и вскоре о них забывают. Лирой: Моя спальная. Я потратил несколько косых на её покупку. Лайам: Когда мне было 14, я скопил денег и купил себе костюм ниндзи. 50 фунтов- тогда это были большие деньги. А костюм я надел лишь 2 раза. Кейт: Наверное, мой велосипед, ведь я потратил столько денег и сил, чтобы он ехал как можно быстрее. Но вообще-то, я не хотел сказать- велосипед. Просто я всегда говорю о нём. -Кто из членов группы и чем раздражает вас больше всего? Максим: Кейт. Постоянные опоздания. Он всё время рассуждает: «Я сделаю то, я сделаю это». Он просто выводит меня из себя. И так уже 5 лет. Лирой: Без всяких сомнений- Кейт. У него куча вредных привычек. Никогда не ходите с ним по магазинам- хуже, чем любая девчонка! Лайам: Кейт. Его задница каждое утро срывается с кровати в 6 часов, прямо как будильник. Кейт: Гм. Ничего, собственно. Никто не раздражает меня. Завоевав широкую британскую аудиторию, они атакуют американских слушателей. Два сингла номер один, подтвердили, что Prodigy самая горячая танцевальная команда в Великобритании. Так же их называют самой хипповой группой страны, своими песнями призывающей всех и каждого пополнить ряды так называемой «продвинутой молодёжи». Однако хотя «Firestarter» и «Breathe» и сделали эту команду одной из наиболее известных в Великобритании, они всё ещё являются достаточно свежей сенсацией для многих. И на самом деле- у эссекской команды всего было восемь вещей, входивших в десятку лучших, в то время как Breath- десятая по счёту в пятнадцати наилучших хитах. И через год, когда альтернативная дэнс-музыка распространилась как никогда ранее, Prodigy стали бесспорными лидерами среди таких команд, как Underworld? Orbital и The Chemical Brothers. И именно их призыв, звучащий со многих радиостанций, выделяет их из общей массы. Их любят все. Руководитель команды Лайам Хоулетт всегда стремился преодолеть границы стиля, работая с широким кругом исполнителей. Сюда относится сотрудничество со Skin из команды «Skunk Anansie» и с Kula Shaker, имевшим место уже в этом году, результаты этой работы налицо в новом альбоме «Fat of The Land». Несмотря на то, что Prodigy явно тяготеет к читателям журнала «Kerrang!», круг их поклонников намного шире. Эмма Кочрейн, заместитель редактора детского журнала «Smash Hits», полагает, что команда интересна также и читателям этого журнала, а не только их родителям. Ричард Рассел, главный менеджер компании «XL», которая заметила Prodigy ещё семь лет назад, считает, что он понимает вызов этой группы. Со взглядом маньяка и странной, непонятного цвета стрижкой Кейт Флинт является едва ли не самым популярным из группы, а его безумные ужимки, как у умственно неполноценных людей, вызывают в каждом взрослом всё оставшееся в них ребячество, а у маленьких детей восторженный лепет. Но что удивительно, так это то, что эти два сингла, принесшие им наибольший успех, были одними из самых шумных их вещей. Другая причина достижений Prodigy — это их грандиозное исполнение в живую. Они были замечены ещё в Гластонбери в 1994 году, а в этом году «Reading» оскорбил их, заявив, что качество их звука не самое лучшее. Раньше критики утверждали, что активное движение на сцене не позволяет ребятам петь в живую, и не доверяли записям бэк-вокала и техническим трюкам. Ничего из этого не касается Prodigy, говорит Рассел. Они никогда не сбавляли темпа и на протяжении шести лет в основном гастролировали. Они успели выступить везде, что и объясняет их большую популярность в таких местах, как Россия, Польша, Исландия, Скандинавия и Германия. Следующим шагом на пути Prodigy стало завоевание штатов, где они стали культовой группой. Рассел побывал в Америке, где заключил «трёхстороннее соглашение между «XL», «Mute» и какой-то большой американской компанией, которая должна будет нести самую большую ответственность за раскрутку команды за океаном. А 9-го декабря MTV показало в своей программе «Buzzbin» новый клип «Firestarter», и это стало как раз тем толчком, который был необходим команде. В США никогда не было подобной, в основном танцевальной группы, что и объясняет то, почему Prodigy не имели здесь большого успеха. Однако продано вот уже 100000 копий «Firestarter», что показывает наличие большого количества фанатов и здесь. А когда безумный Кейт Флинт из рекламного ролика ворвётся в добропорядочные американские дома, стоит нам лишь немного подождать, и американские детишки тоже начнут сходить с ума по ним. Пожалуйста, не называйте нас «TECHNO»!!! Пионеров рэйва, Prodigy, сейчас вносят в рок анархию, заявил Эндрю Смит. Наверно, Oasis и мог бы стать группой года, но всё же глупо пытаться доказать, что рекорд 1996 года принадлежит кому-либо другому, кроме Prodigy. «Firestarter» был музыкальным эквивалентом шаровой молнии. Он возник ниоткуда; напряжённый, сжатый, хаотичный, взявший лучшее из звука техно, ритма Hip-Hop и панковской энергии рока, просто не похожий на что-либо слышанное до этого. Он сразу прыгнул на позицию номер один в хит-парадах синглов и оставался там в течение трёх недель, несмотря на продолжающиеся отказы выпускать группу на телевидение. Созданный в спешке видеоклип, который был показан вместо их самих программой «Пик популярности», вызвал рекордное число жалоб. Писали, что, мол, дёрганье их «певца», Кейта Флинта, дрожание и тряска(кто-то, может, и назовёт это танцем) пугает маленьких детей. Хот вне сцены Флинт какой угодно, но уж никак не пугающий. А пусти его на сцену, так он тут же словно заряжается электричеством. До «Firestarter» ни одна группа, ну, может, кроме Oasis и Pulp, не упоминалась в прессе также регулярно, как Prodigy. Директор одного из театров назвал их прошлогоднее шоу в Гластонбери «лучшим шоу из тех, что я видел в этом году». Музыкальный лидер квартета Лайам Хоулетт считает, что его композиции являются песнями. И от куда только он появился? Пять лет назад, когда Хоулетт и его друзья тусовались в Брейнтри, графство Эссекс, никто не предсказал бы Лайаму, что он будет играть главную роль в самом сердце поп-культуры. Тогда они были рэйверской группой, специализирующейся на лёгких, но впечатляющих клубных гимнах. Ещё до конца 1993 года они записали шесть хитовых синглов и альбом «Experience», вошедший в двадцатку лучших. Вспоминая прошлое, Хоулетт полагает, что он играл роль жреца беззаботного нонсенса с таким щегольством, которое его подражатели так и не сумели повторить, хотя в то время это было не так очевидно. Хоулетта обвиняли в том, что он создал стиль «игрового техно» и что при близком рассмотрении его мелодии оказывались композициями, подходящими для приёма наркотиков. Хоулетту стало казаться, что он мог бы выдумывать свои мелодии во сне. У него были деньги и некоторый успех, однако никто его не уважал. Однажды на какой-то дэнс-тусовке в Шотландии он посмотрел вниз со сцены и подумал: «Что же я здесь делаю?». Он решил сменить направление. В 1994 г. Хоулетт показал новую запись. Хоть и инструментальный по своей природе, альбом «Music for the Jilted Generation» пошёл не тем путём, по которому проходят другие танцевальные альбомы. Его дикая, но чётко сфокусированная энергия наводила мыслей больше о роке, чем о чём-либо другом, крутившемся в британских клубах в то время, и он стал одним из первых, полностью принятых рок-прессой, хотя Хоулетт и его команда были по- прежнему очень непонятны. Когда критики попытались обрисовать «Jilted Generation» как выражение протеста против Уголовного Кодекса, Хоулетт показал всё своё презрение по поводу этой идеи. Когда его спросили, за кого он будет голосовать на предстоящих выборах, он ответил: «Есть только одна вещь, на которую я обращаю внимание- больше или меньше я буду платить налоги, поэтому, кто сделает налоги наименьшими, за тех я и буду голосовать». Да, можно забрать парня из Эссекса, но нельзя забрать Эссекс у парня. Всё-таки, на самом деле, Хоулетт живёт по-прежнему здесь. В последние годы здесь появилось много «новых» рок-н-роллов -среди них были и прикольные, и откровенная стряпня, но успех Prodigy подсказывает, что настоящее наследие рок-н-ролла- это техно. До недавнего времени, лишь за несколькими исключениями, рок- группы девяностых большей частью хотели выглядеть попсово. А сейчас «поп» скорее граничит с иронией. Само это название выступает против слишком серьёзного его восприятия. Попса может воровать и смешивать идеи, засоряя их. Вы никогда не услышите Джо Кокера, называющего Pulp «командой». Они всегда были «группой». Техно -это совсем другой стиль. Сразу скажем, что в нём работают практически только парни и он более серьёзен. Сначала команды «техно» берут за основу хаотичную энергию лучших рок-команд, и, как Prodigy, исполняют всё это на экстравагантных развлекательных живых шоу. Сюда относится Oasis, но ты не можешь оторвать глаз от Prodigy, когда ведущее трио Флинта, Максима и Лироя внимает скрипящим ритмам Хоулетта. У них даже есть смена сценических костюмов. Итак, когда Флинт рассказал Хоулетту об идее сделать запись с вокалом, чего они до сих пор никогда не делали, это стало поводом для размышления. И в конце концов это привело к появления «Firestarter» и его такого бодрящего братца как «Breathe». Сам альбом, «FAT OF THE LAND» вобрал в себя всё лучшее, наиболее прогрессивное и в то же время экзотическое из мирового саунда. Последние шесть месяцев поставили Хоулетта, увлекающегося быстрыми машинами и сноубордингом, перед серьёзной проблемой. Ему не нравится Prodigy как техно-группа. Хоулетт мог бы заняться созданием музыки для проницательных рэйверов, но он не доверяет нынешней клубной музыке, и даже презирает её. Какое же направление хочет он выбрать? Ошибка, судя по высказываниям Хоулетта, заключается в том, что многие рассматривают его музыку как футуристическую. Как и все самые лучшие вещи в мире, Prodigy пренебрегают любыми определениями- и, между прочим, их новый клип настолько же страшен, как и старые. Неужели вы сами действительно так возненавидели «The Fat Of The Land» после его гиперуспеха, посчитали это попсовым, коммерческим отступничеством? Неужели хотите всё зачеркнуть и вновь вернуться в андеграунд к независимости, но и мало известности? А как же вкус денег, который наверняка распробовали после продажи гигантских тиражей? Лирой: Да, мы были шокированы успехом «Жира», тем, что он занял первые места в чартах тех стран, где мы сроду не бывали. Но это, конечно, не попсовая музыка. Всё, что пишет Лайам, пишется не на потребу публики. Андеграундом быть мы тоже не хотим. Мне кажется, андеграунд- это такая культура улиц, подвалов и подворотен. Андеграундом в своё время были рэйвы. Но мы уже давно ушли из рэйва. Мы просто Prodigy — сами по себе, собственный стиль и образ жизни. «Жир земли» стал коммерческим. Знаешь, это всё равно что говорить: альбомы Pink Floyd- коммерческая музыка. Да, нам, как и им повезло, свалилась удача. Так вышло- мы к этому не стремились. Да, и деньги есть, их много, но мы их не жаждали вовсе. К нам пришёл успех, многие люди узнали нас, и они думают, что мы возникли только-только из ниоткуда, что ли? Да, мы работаем 7 лет, мы спали в самых ужасных, грязных отелях, какие только можно вообразить. Когда вы плюётесь в зрителей со сцены, получаете обратные плевки-то? Вообще, реакция ненависти вам известна в противовес чувствам восхищения? Весь Интернет, например, забит посланиями: «Fuck Spice Girls», «fuck сопливым Hanson». Как вы отнесётесь к крику: «Prodigy- самое большое в жизни дерьмо»? -Для меня это нормально. Мы не хотим всем нравиться, мы же не этот…Не Oasis…Нас обязательно терпеть не могут папы, мамы. И это нормально. А я никогда ни в кого не плевал. Спросите Кейта, почему он набирает в рот воду и брызгает. Может, ему слишком жарко, хочет остудиться. Кейт: Если вам не нравятся мои плевки- не приходите на концерт. В меня обратно тоже плюют- это хорошо. Взаимное проявление чувств. -Что, 24 часа в сутки чувствовать себя поджигателем, героем фильма — ужастика? Ведь вы знаете, как реагируют на вас английские родители, вами можно пугать малышей. -Но мы вовсе не плохие парни. Через яркий агрессивный экшн на сцене мы выплёскиваем энергию. Кейт: Мне удобнее быть непривлекательным, отталкивающим, чем милашкой. Это мой стиль жизни. Вот есть женщины, которые одеваются по-человечески, а есть — как шлюхи. Это их стиль и право, да? -А ты бы какую себе выбрал? -Скорее шлюху. — И ей бы смог нежно положить голову на плечо? -Никому никогда не смог. Это не мой стиль. -Как вы общались с Мадонной? -Ой, она хорошая, открытая баба. Такая же реальная, как мы, не фальшивая. Она показала нам несколько классных позиций йоги. -Кейт, ты действительно хотел однажды в запале поджечь себя на сцене? -Господи, откуда вы только такую чушь берёте? -Да вон у тебя даже шрамы видны. -Это от других дел. Мы никогда не предпринимали рекламных трюков, не выделывали ничего этакого. Мы очень скучные на самом деле люди. -Только не разочаровывайте тех, кто смотрит на вас как на нереальных суперлюдей. -Что? Я действительно не строю имидж сумасшедшего, дикого беспредельшика, который накачивается наркотиками и громит номер «люкс» в отеле для поднятия своих тиражей. -Это намёк? -Я тоже употребляю, конечно, наркотики, но не пишу это у себя на лбу и не строю на этом свой промоушн. И не подаю это как клёвый пример никому. -Но вся музыка Prodigy говорит о необузданности и готовности совершать бесконечные сумасшествия. -Смотря что подразумевать под сумасшествием. В жизни каждый день происходят страшные, ужасные сумасшествия: сжигаются тропические леса, люди потрошат друг друга, убивают детей. А мы лишь устраиваем зрелища, чтоб можно было на 1,5 часа отключиться от этого. -Последнее. Тебе больно продевать этот стальной штырь в нос и большая ли в носу дырка от него? -Господи, это же просто украшение. Маленькая дырка, как от серёжки. -А вот серьга на языке: удобно ли есть и что, прям совсем не больно? -Нет, очень по кайфу. Ой, я знаю, что вы, девчонки хотите услышать: эта серьга, объясняю, очень помогает возбуждать женщин, когда я спускаюсь всё ниже и ниже! 2000-е: был выпущен сингл Baby’s got a temper, продолжающий стиль музыки FOTL. В 2001 г. Prodigy переиздают свой дебютный альбом «Experience». Теперь он представляет из себя двухдисковое издание: на первом диске размещается собственно сам альбом, а на втором — би-сайды и ремиксы того периода. Релиз носит название «Experience: Expanded». В 2004 г. выходит долгожданный новый альбом группы «Always Outnumbered, Never Outgunned», который моментально взлетает на верхние строчки английского хит-парада и американского Billboard в чартовом разделе «Электронные альбомы». В октябре альбом был номинирован на премию Грэмми в категории «Лучший Электронный/Танцевальный альбом». Стоит отметить, что в записи альбома не принимали участие ни Максим, ни Кейт Флинт. Среди приглашённых гостей на альбоме значатся Лиам Галлахер из Oasis, Kool Keith, Twista и актриса Джульетт Льюис. новый альбом под названием «Invaders must die» 2 марта 2009 года.